ЖРИЦЫ И КОЛДУНЬИ.

24 октября 2016

ЖРИЦЫ И КОЛДУНЬИ. ЧАСТЬ 1.
Достаточно похожую картину мы видим у западных славян. О весьма развитом женском жречестве свидетельствует чешская традиция. Так, описывая дочерей Крока, одного из первого пред-водителей этого народа, Козьма Пражский сообщает: «Старшая по рождению называлась Казн; в знании трав, в искусстве прорицания она не уступала Медее Колхидской; в искусстве же врачевания — Пеонию, даже парок (богинь судьбы, перед смертью человека перерезающих нить его жизни. —М.С.) она часто заставляла прекращать свое нескончаемое занятие. Волшебством судьбу заставляла служить пожеланьям своим. Достойна хвалы была Тэтка, рожденьем хоть и вторая, Женщина тонкого вкуса, свободно, без мужа жила. Тэтка научила глупый и невежественный народ поклоняться горным, лесным и водяным нимфам, наставляла его во всех суевериях и нечестивых обычаях.

Третья, по рождению самая младшая, но превосходившая всех мудростью, называлась Либуше... и эта, столь славная женщина... стала прорицательницей. Так как она предсказывала народу многое и притом правильно, то все племя, собравшись после смерти ее отца на общий совет, избрало Либуше себе в судьи».

Однако сфера деятельности жриц западных славян не ограничивалась лечением, прорицанием, организацией культа или управлением племенем. В их ведении находились и обряды, которые непосредственно влияли на исход войны. Колдунья из племени лучан перед решающей битвой сообщает своему пасынку: «Знай, что чешские эвмениды своими чарами взяли верх над нашими, поэтому все наши [воины] до единого будут убиты, а победа достанется чехам». Между тем сами чехи уже не в состоянии были сопротивляться противнику и «обратились за советом к одной волшебнице и настаивали, чтобы она сказала, что нужно делать в таком опасном положении и какой исход получит предстоящая битва. Волшебница, обладавшая даром прорицания, не задерживала их долго непонятными изречениями и сказала: «Если вы хотите одержать победу, вы должны прежде всего исполнить веление богов. Принесите им в жертву осла, чтобы снискать их покровительство. Приносить такую жертву повелевают верховный бог Юпитер, Марс, его сестра Беллона, а также зять Цереры». Тем временем был найден несчастный ослик. Как было приказано, он был убит, разрублен на тысячу кусков и тотчас же съеден всем войском. Когда таким образом люди подкрепились ослиным мясом, совершилось событие, подобное чуду: появились радостные отряды и люди, готовые умереть, как лесные кабаны; и подобно тому, как после тучи солнце всегда ярче и отраднее для глаза, так и после бездействия это войско стало проворнее и отважнее в битве». Использование осла язычниками-чехами в священном ритуале вызывает некоторые сомнения: скорее всего, эту деталь придумал сам христианский летописец для того, чтобы показать языческие обряды в невыгодном свете. Поскольку, как свидетельствуют многочисленные наблюдения, целью ритуального поедания жертвенного животного было получение людьми его качества, на самом деле, как можно предположить, исходя из текста, в жертву был принесен кабан, после чего, отведавшие его мяса воины и были «готовы умереть, как лесные кабаны».
Поскольку еще к моменту принятия христианства женское жречество имело достаточно развитую специализацию, можно предположить, что некогда оно имело и определенную иерархию. О ее былом существовании говорит и восточнославянское поверье о том, что на Лысой горе живет старшая из ведьм, к которой обязаны являться все чародейки. Отечественная сказка о Елене Премудрой, колесница которой запряжена шестью змеями, учащей колдуний «разным мудростям», также предполагает существование хотя бы первоначальной иерархии в виде учительницы—ученицы. Зарождение женского жречества следует опять-таки отнести к эпохе каменного века, поскольку, как свидетельствуют археологические данные, именно женские знаки занимают центральное место в пещерном искусстве, и именно женщины исполняли экстатические музыкальные мистерии на верхнепалеолитической стоянке в Мезине. О возникновении же в их среде иерархии говорит найденная в румынском Подури 21 змеевидная статуэтка, датируемая V тыс. до н.э. Как предположила М.Г. Гимбутас, данный набор мог обозначать богиню-змею и ее служительниц, образовывавших постоянный конклав жриц. Очевидно, что господствовавшее положение женской жреческой иерархии в управлении обществом было сломлено во время патриархальной революции, однако в той или иной форме остатки этой иерархии могли дожить и до эпохи христианизации.
О том, какое положение в обществе эти жрицы могли занимать во время матриархата, красноречиво свидетельствует сообщение Тацита о германцах, которые к описываемому моменту хоть и вышли из этой эпохи, но сохраняли отдельные ее пережитки: «В правление божественного Веспасиана мы видим среди них Велуду, долгое время почитавшуюся большинством как божество...» Не исключено, что подобное обожествление жриц имело место и у славян. «Духовный регламент Петра В. упоминает о свершавшемся в народе символическом обряде, в котором нельзя не признать обломка старинного языческого культа, хотя и подновленного христианскою обстановкою. «Слышится (сказано в этом законодательном памятнике), что в Малой России в полку стародубском в день уреченный праздничный водят жонку простовласую, под именем Пятницы, а водят в ходе церковном, и при церкви честь оной отдает народ с дары и со упованием некия пользы». В более позднюю эпоху случаи обожествления живых «христов» и «богородиц» были отмечены в некоторых народных сектах. Об устойчивости этой сектантской традиции говорит то, что в Чебоксарах еще в 1930 г. схватили ходивших по деревням «христа» и «богородицу». В конце XIX в. Максимов констатировал: «У казаков на Дону (или лучше у казачек) едва ли и теперь не живет живая Пятница недалеко от Старочеркасска, девка лет 70-ти, под названием Ельчихи. Старочеркасские староверы от мала до велика в известное время, по утренним и вечерним зарям, ходят к ней на всеобщее богомолье. Святоша эта, имеющая обыкновение, при выходе во двор, не притрагиваться руками к воротам и заборам, почитаемым ею погаными, сообщает изуверам какие-то тайны, причащает их и т.п.». Поскольку подобное обожествление имело место спустя почти тысячелетие после христианизации, полностью противореча самим основам этой религии и активно искореняясь властью и духовенством, то вполне возможно, что в эпоху матриархата те или иные жрицы пользовались подобным, если не еще большим почитанием среди соплеменников и могли полновластно распоряжаться их жизнью и судьбой.
Если патриархальная революция вырвала власть из рук женщин, но сохранила женское жречество как таковое, то с принятием новой религии положение стало меняться. Христианство активно уничтожало как прежние верования, так и их носителей. Патриаршья грамота 1586 г. на основание Львовского братства гласила: «а если бы в котором месте или селе будет чаровица или ворожка — сосуды диавольския, или волшебница... да истребится от церкве, и тех, которые диаволом прельствишися до чаровниц и до ворожок ходят, отлучайтеся». Дело, однако, не ограничивалось одними отлучениями. В 1411 г. псковичи сожгли двенадцать вещих жёнок. Князь И. А. Можайский сжег за волшебство мать Григория Мамона. Повесть о волховании, написанная для Ивана Грозного, доказывала необходимость строгих наказаний для чародеев и приводит в качестве примера для подражания царя, который вместе с епископом «написати книги повелЪ и утверди, и проклятъ чародЪяние, и въ весЪхъ заповЪда такихъ огнемъ пожечи». Хоть сожжение колдуний на Руси и не достигло такого размаха, как в Западной Европе, однако подобные казни, вдохновляемые ревнителями православия, имели место и в нашей стране. Хоть тысячелетнее гонение и не смогло полностью искоренить всех без исключения колдуний, тем не менее оно явно нанесло существенный удар как по их численности, так и по объему знаний, постепенно делая все менее значимой их роль в жизни общества.

М. Серяков. Богини славянского мира.

Поделиться: