Царевна-лягушка

24 июня 2016

В образе Царевны-Лягушки отразились также мифологические представления о Творце. В вариантах сюжета героине присущи черты разных типов творцов: культурного героя, демиурга и творца, обладающего божественной природой. Подобно культурному герою, Царевна-лягушка добывает (достает, переносит) чудесные (идеальные) предметы из другого мира — из царства своего отца: «есть у отца моего сороцка, что ни шва, ни стежка, как лита*140. В большинстве вариантов героиня выступает в ипостаси демиурга: создание предметов (творение) происходит во времени, захваченном сюжетом. В «производственных процессах* участвуют силы природы («ветры буйные*), птицы (вороны141; «все птички, все синички, все воробушки, все голубушки, все соколы* во главе с орлихой |42), животные (мыши, крысы |43) и персонажи, отмеченные признаками социально-сословного характера («мамушки, нянюшки, верные служанушки* |44), по отношению к которым героиня выступает как организатор или волеизъявляющее существо. Божественное начало героини в вариантах передастся через христианский мотив нерукотворности творения («не шито, не ткано, все равно как высажено* ,4J) и/или христианскую терминологию («собрала все мучинки и крупинки и дунула своим духом — ну, так и хлеб испекся*, «она собрала нитинки и паутинки, собрала и дунула своим духом, вот и выткалось полотно* ,4°).

Рассматривая мотив творения в сюжете Царевна-лягушка в космогоническом аспекте, нельзя не отметить космическую природу самой героини, проявляющуюся в различных ее характеристиках: в имени (Свет—Луна,47); в родственных связях с героями, имеющими космическую природу («Если земля клонит, то мать в погоню гонит. Лес шумит — отец летит* 148 — космические родители — земля, небо (?)); в причастности к первоэлементам космоса — стихиям: воде, земле, огню, воздуху (ветрам)|49.

Мотив творения мира в сюжете не исчерпывается «ремесленным» кодом. Отражение одного из актов космогенеза (создание ландшафта, живых существ (птицы, рыбы), а также культурных объектов (корабль)) реализуется посредством такого явления, которое в сказке квалифицируется как «чудесное умение* (в данном сюжете — умение «танцевать*). Основные детали эпизода «чудесного танца* Царевны-лягушки, соотносимого нами с актом творения, следующие:
1) Мотив ущербности существующего пространства, отсутствие в нем того, что будет сотворено («Все у тебя, тятенька, хорошо, а одно неисправно (...) У тебя вот вокруг дому саду нет*1*0.
2) Четкая регламентация времени, когда произойдет творение: пир с его кульминационным моментом — пляской героини, как правило, назначается на ночь — темное время суток (другая, единичная, модификация мотива тьмы:
«(...) вели папаше забить окна, чтобы не было свету во дворце (...)IJI). Характерное для космогонии преобразование тьмы в свет в сюжете реализуется с помощью мотива сияния в ночи света/огня/молнии при появлении Царевны- лягушки, а также посредством обозначения видимости того (все увидели), что сотворила героиня.
3) «Материальный состав «сырье» для объектов творения — остатки еды (куски мяса, мослы — прах, твердь) и питья (жидкая субстанция), смешанные (в хаосе) в рукавах героини.
4) Оценка созданного Царевной-лягушкой в эстетической категории красоты («Красота-то какая стала* ”), что соответствует мифологическому представлению об эстетической отмеченности (красота, украшенность) космоса|54, а также констатация связанного с «красотой* состояния веселья («и такое сделал ось веселье, какого никогда не бывало»1”).
5) Необходимый для творения переход от неподвижности к движению реализуется в сюжете в мотиве танца/движения рук героини (ср. с традиционными представлениями о продуцирующей силе танца, движений рук, ног (взмахи, подпрыгивания и пр.), в ритуальной сфере нашедшими отражение в магических действиях, направленных на воспроизводство: урожай, приплод скота, деторождение)

Д. А. Баранов, Е. Л. Мадлевская. ОБРАЗ ЛЯГУШКИ В ВЫШИВКЕ И МИФОПОЭТИЧЕСКИХ ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН.

Поделиться: