Связь архетипа Матери-Земли и Бабы-Яги.

30 сентября 2015

Еще одним мифологическим персонажем, связанным с древнейшими верованиями о Матери-Земле является образ Бабы-Яги, восходящий ко всесильному божеству эпохи матриархата. Изначально в мифологии восточных славян она олицетворяла мать-родоначальницу.Мифологические представления нашли отражения в волшебный сказках, в которых ее женские признаки иногда подчеркиваются, но делается это уже с насмешкой: «нос в потолок, титьки через порог», «титечками потрясла и молочка принесла». Избушка Яги стоит на курьих ножках, что отражает представление славян об устойчивой связи женского плодородия с курицей, приносящей много потомства. В.Я. Пропп считал, что образ Бабы-Яги относился к стадии, когда плодородие мыслилось через женщину без участия мужчины . Считаясь прародительницей рода, она являлась хранительницей его жизненного пространства, обычаев и традиций, жизненного уклада, присматривавшей при этом и за подрастающим поколением, была одной из наиболее значимых берегинь.



В большинстве текстов Яга выступает одним из главных действующих лиц, проводящих обряд инициации - введение детей в определенную половую и/или возрастную группу: юноши посвящались в охотники, девушки принимались в круг матерей. В.Я. Пропп отмечал, что образ Богини-Матери, стерегущей дорогу инициаций, в русском фольклоре сохранился в виде образа сказочной Бабы-Яги, встречающей инициируемого на границе обжитого пространства и темного леса – архетипического иносказательного образа границы между миром живых и миром мертвых. От реального мира мир иной всегда отделялся какой-либо границей, чаще всего - избушкой Бабы-Яги. Даже внешний вид этого жилища напоминает о смерти своим сходством с домовиной, которая часто бывает окружена человеческими останками. Инициация предполагала определенную мифологическую интерпретацию пространства: выход за пределы своей территории приравнивался к смерти, а нахождение в ином мире воспринималось как пребывание на «том» свете . В древнейшие времена церемонией инициации могла руководить женщина-ведунья. Образ такой «ведающей» женщины вполне мог послужить основой для создания образов Бабы-Яги как «похитительницы», уводящей детей для обряда инициации и «дарительницы», дающей советы и помогающей выдержавшим испытания. На наш взгляд, это позволяет интерпретировать Бабу-Ягу как жрицу Макоши в обряде инициации. В дальнейшем с исчезновением матриархата ведущая роль переходит к жрецам-мужчинам, аналогично тому, как и роль женского божества – к мужскому.



С древнейшими представлениям о Великой Матери мира, Матери-Земли – прародительницы всего живого, ведающей судьбами людей и хозяйки зверей может быть связан и образ Яги – владелицы леса, к которой по ее зову «бежит всякий зверь», «ползет всякий гад», «летит всякая птица». Связь Бабы-Яги со смертью также можно объяснить этим первообразом, так как у древних существовало представление о смерти как о превращении в животных, поэтому именно хозяйка зверей охраняет вход в царство мертвых (т.е. в царство животных – лес) и обладает властью над ними. Именно в этом качестве выступает Яга. Вместе с тем, Баба–Яга связывалась в народном воображении не просто со смертью, но и с обрядом перерождения, с идеей умирания и воскрешения. Этот образ мог символически представлять Великую Богиню-Мать, Мать-Землю – повелительницу и прародительницу всего живого, связанную с потусторонним миром мертвых.



Таким образом, архетип Матери в культуре восточных славян наиболее полно репрезентирован в образе Матери-Земли – целостном, но обладающим множеством функций. Этот образ как Вселенской Матери, богини плодородия и божества подземного мира зародился в архаическое время, сопровождался различными ритуалами, обрядовыми действиями и был тесно связан с аграрной деятельностью. Постепенно функции Матери-Земли стали переходить к другим женским божествам. Амбивалентность, двойственность, неоднозначность восприятия самого образа Матери-Земли были перенесены и на связанные с ним женские образы. В процессе исторического развития, в первую очередь, в связи с переходом от матриархата к патриархату, от потребляющего хозяйства к производящему, от язычества к христианству произошло разрушение высших уровней мифологии восточных славян. Эти же причины одновременно способствовали усилению негативных черт в женских образах. Лишь в некоторых случаях происходило слияние функций языческих божеств с христианскими святыми, как в случае с богиней Макошью. Большинство же женских божеств – русалки, Баба Яга и прочие - стали восприниматься как демонические существа низшего уровня. Архетип Матери, репрезентированный в мифологических представлениях восточных славян, наиболее полно сохранился лишь в образе Матери-Земли, преимущественно в обрядах и ритуалах, связанных с аграрной традицией.



См.: Юнг К.Г. Понятие коллективного бессознательного. // Аналитическая психология: Прошлое и настоящее / К.Г. Юнг, Э. Сэмюэлс, В. Одайник, Дж. Хаббэк: Сост. В.В. Зеленский, А.М. Руткевич. – М.:Мартис, 1997. – 320 с.



Юнг К.Г. Психологические аспекты архетипа матери // Юнг К.Г. Душа и миф: шесть архетипов. Пер. с англ. – М. – К.: ЗАО «Совершенство» - «Port-Royal», 1997. - С. 218.



Домников С.Д. Мать-земля и Царь-город. Россия как традиционное общество. - М.: Алетейя, 2002. - С. 60.



Афанасьев А.Н. Мифы, поверья и суеверия славян. Поэтические воззрения славян на природу. В 3-х томах. Т.1.- М.: ЭКСМО, СПб.: TERRAFANTASTICA, 2002. - С. 136-142.



Шапарова Н.С. Краткая энциклопедия славянской мифологии. - М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель»: ООО «Русские словари», 2001. - С. 350-351.



Рыбаков Б.А. Язычество древних славян. - М.: СОФИЯ, ИД «Гелиос», 2002. - С. 361-369.



Померанцева Э.В. Мифологические персонажи в русском фольклоре. - М.: Наука, 1975. - С.78.



Шапарова Н.С. Краткая энциклопедия славянской мифологии. - М.: ООО «Издательство АСТ»: ООО «Издательство Астрель»: ООО «Русские словари», 2001. - С.460.



Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1986. - С. 75.



См.: Там же. С. 52-111.



О.И. Пушкина

Источник

Поделиться: