Июнь 2016 — Info-GRAD.com - Славянский инфо-портал и интернет-магазин.

,30 июня 2016 12:50

Свадебный кузнец.

В этом качестве кузнец, в ряде случаев безымянный, становится одним из центральных образов любовных заговоров: «На море на океане, на острове на Буяне стоят три кузницы, куют кузнецы там на трех станах. Не куйте вы, кузнецы, железа белого, а прикуйте ко мне молодца (или: красну девицу); не жгите вы, кузнецы, дров ореховых, а сожгите его ретивое сердце…» (Афанасьев А. Н. Поэтические воззрения славян на природу, т.1, М., 1865, с. 464).

Читать далее →

,29 июня 2016 19:12

Вооружение русского воина состояло из меча, сабли, копья, сулицы, лука, кинжала-ножа, различных видов ударного оружия (топоры, булавы, кистени, шестоперы, клевцы), коляще-рубящих бердышей-алебард; различного защитного вооружения, включавшего, как правило, шлем, щит, нагрудник-кирасу, некоторые элементы доспеха (наручи, поножи, наплечники). Иногда защитным вооружением убирались и кони богатых воинов. В этом случае защищалась морда, шея, грудь (иногда вместе грудь и круп) и ноги животного.


Читать далее →

,29 июня 2016 00:43

Однако уже в первобытную эпоху со Сварогом стало связываться не только воспроизведение на человеческом уровне первого брачного союза Неба и Земли, но и первые сексуальные запреты. Об этом свидетельствуют как рассмотренный выше ведийский миф о Сварбхану-Агни, покаравшем бога солнца за инцест с собственной дочерью, так и мотив «отяжеления» героя после недозволенного полового общения, выявляемого путем божьего суда с помощью огненной ямы в русских сказках. Так, в сказке «Иван Быкович» главный герой терпит поражение от неназванного демонического старика, который отправляет героя добывать ему невесту. Когда Иван Быкович справляется с этим заданием и вместе с царевной возвращается к старику, тот придумывает для него такое неожиданное испытание: «Пришли к старику. Нажег он яму уголья горячих, положил через яму жердь.

Приказывает Ивану Быковичу через жердь перейти. «Ты шел с невестой дорогой, может, блуд сотворил; пройди через яму, тогда я тебя виной прощу». — «Нет, дедушко, ты сам попереди пойди, меня поучи». Старик через яму побежал, Иван Быкович жердь повернул, старик в яму в уголье и пал. Сожгли старика» (Бой на калиновом мосту, Л., 1985, с. 214). Угроза сожжения в этой сказке прямо связана с темой супружеской неверности, однако в основе своей она имеет не обычай сожжения прелюбодеев, которого на Руси не было (восточные источники, которые будут рассмотрены ниже, отмечают, что у славян прелюбодеев рассекали на части), а веру в очищающую силу огня, способного обличать любую неправду. Генетически родственный сюжет встречается нам в белорусской сказке «Искорка Парубок Девичий сын», где герой добывает царю невесту. «Пріижжаить к етуму царю, а етый царь окружив свой дом и пыкопав канавы и напалив огнем большим. 

Потом и говорить: а што Искорка Парубок, — жив ты зь естой девицыю, покуль довев сюды? — Не, каеть, ня жив. Ну, коли ня жив — положив сухую былинку — дык пярейдиш чириз былину, а коли жив, дык и ни пярейдиш! А девица узила, ды й дротину уткнула у былину, и ен ни заметив. Ен и пиряйшов. Искорка Парубок сказуить: а ты, царь, ездив на моей лошади? — Не, ня ездив. — Ну, коли ня ездив — пиряйди ты по етой былини. И пярейдишь, коли ня ездив. Ен узяв и пошов — надеитца, што ня ездив. Только уступив сиряди канавы, а девица ету дротину сморьг к сабе — былина пуполам, а ен у канаву и упав. А Искорка Парубок зь естой девицый и зьвинчались, и поехали у свое царство» (Романов Е. Р. Белорусский сборник, вып. 6, Витебск, 1901, с. 262). В белорусской сказке это испытание распространяется на соблюдение не только сексуальных, но и имущественных отношений, что является уже дальнейшим логическим развитием данного ритуала. Поскольку сюжет с испытанием путем перехода через огненную яму встречается нам дважды и оба раза вместе с сюжетом перековывания змеи в кобылу, неразрывно связанным со Сварогом, как это было показано в первой книге о данном боге, то можно констатировать, что и обряд определения невиновности путем перехода через огненный ров точно так же связан с богом-кузнецом.

Отзвуки этого, возможно, повлияли на то, что в славянском переводе хроники Иоанна Малалы именно Сварогу приписывалось пресечение женского блуда и ввергание прелюбодеев «в пещь огнену». Естественно, утверждение о том, что этот бог ввел единобрачие, было поздней вставкой летописца, не подтверждаемой другими данными, и является пересказом другой книги Иоанна Малалы, где он описал схожее нововведение афинского царя Кекропса. Как собственные, так и иноземные письменные источники дружно отмечают многоженство у язычников-славян, искорененное впоследствии лишь христианской церковью. Хоть наличие устойчивых брачных пар встречается даже в животном мире и вполне могло существовать с древнейших времен и у людей, нет никакого основания приписывать Сварогу введение института единобрачия. Вместе с тем, сексуальные табу хронологически являются вторыми после пищевых, и, судя по всему, первичные половые запреты, в частности запрет инцеста, появляются уже в первобытную эпоху и вполне могли быть освящены у наших далеких предков авторитетом бога неба. Поскольку часть черт Сварога перешла впоследствии не только на христианских святых Кузьму-Демьяна, но и на святого Касьяна, стоит отметить, что одноименный с последним персонаж является инициатором введения имущественного и полового табу в былине «Сорок калик со каликою». В ней рассказывается, как собравшиеся посетить святые места в Иерусалиме выбрали своим предводителем Касьяна Михайлыча. Перед тем как пуститься в дальний путь, тот кладет на своих спутников «заповедь великую»:

А в том-та ведь заповедь положена:
Кто украдет или кто солжет,
Али кто пустится на женский блуд,
Не скажет большему атаману,
Атаман про то дело проведает, —
Едина оставить во чистом поле
И копать по плечи во сыру землю.

Дальнейшие события в былине разворачиваются по широко известному «бродячему» сюжету: по приходу в Киев в предводителя паломников влюбляется жена Владимира княгиня Апраксевна. Когда Касьян отказывается прийти к ней на свидание, она велит Алеше Поповичу подложить ему в сумку серебряную чарочку, а затем обвинить в воровстве. При виде найденной чары калики поверили обвинению и закопали Касьяна по плечи в чистом поле, после чего отправились дальше в Палестину. Возвращаясь домой тем же путем, они приходят к закопанному в поле атаману. При виде их:

Молоды Касьян сын Михайлович
Выскакивал из сырой земли,
Как ясен сокол из тепла гнезда,
А все они, молодцы, дивуются
На его лицо молодецкое,
Не могут зреть добры молодцы,
А и кудри на нем молодецкие до самого пояса.
И стоял Касьян немало число,
Стоял в земле шесть месяцев,
А шесть месяцев будет полгода.

По приходу в Киев калик вновь принимают в княжеском дворце, и там они узнают от Владимира, что его жена все эти полгода лежала больная. После того как княгиня покаялась в клевете, ее исцеляет предводитель паломников:

Молоды Касьян сын Михайлович
А и дунул духом святым своим
На младу княгиню Апраксевну,
Не стало у ней того духу, пропасти;
Оградил ее святой рукой:
Прощает ее плоть женскую:
Захотелось ей — и пострадала она,
Лежала в страму полгода.

(Былины, Л., 1984, с.322, 327, 328)

Хоть данный сюжет сложился уже на христианской почве, тем не менее отдельные моменты в него вполне могли попасть из языческой эпохи.

М. Серяков. Радигост и Сварог. Славянские боги.

,26 июня 2016 15:17

«Принесли все его оружие и положили его рядом с ним» – Ахмед ибн Фадлан.

Читать далее →

«Новгородци бо изначала, и смолняне, и кыяне, и полочане, и вся власти, якож на думу, на веча сходятся; на что же стареишии сдумають, на том же пригороди стануть»

Вече – народное собрание в древней и средневековой Руси – и во всех народах славянского происхождения, до образования государственной власти раннефеодального общества – для обсуждения общих дел и непосредственного решения насущных вопросов общественной, политической и культурной жизни; одна из исторических форм прямой демократии на территории славянских государств. Участниками веча могли быть «мужи» – главы всех свободных семейств сообщества (племени, рода, поселения, княжества). Их права на вече могли быть равными либо различаться в зависимости от социального статуса.

Читать далее →

,24 июня 2016 23:43

В образе Царевны-Лягушки отразились также мифологические представления о Творце. В вариантах сюжета героине присущи черты разных типов творцов: культурного героя, демиурга и творца, обладающего божественной природой. Подобно культурному герою, Царевна-лягушка добывает (достает, переносит) чудесные (идеальные) предметы из другого мира — из царства своего отца: «есть у отца моего сороцка, что ни шва, ни стежка, как лита*140. В большинстве вариантов героиня выступает в ипостаси демиурга: создание предметов (творение) происходит во времени, захваченном сюжетом. В «производственных процессах* участвуют силы природы («ветры буйные*), птицы (вороны141; «все птички, все синички, все воробушки, все голубушки, все соколы* во главе с орлихой |42), животные (мыши, крысы |43) и персонажи, отмеченные признаками социально-сословного характера («мамушки, нянюшки, верные служанушки* |44), по отношению к которым героиня выступает как организатор или волеизъявляющее существо. Божественное начало героини в вариантах передастся через христианский мотив нерукотворности творения («не шито, не ткано, все равно как высажено* ,4J) и/или христианскую терминологию («собрала все мучинки и крупинки и дунула своим духом — ну, так и хлеб испекся*, «она собрала нитинки и паутинки, собрала и дунула своим духом, вот и выткалось полотно* ,4°).

Рассматривая мотив творения в сюжете Царевна-лягушка в космогоническом аспекте, нельзя не отметить космическую природу самой героини, проявляющуюся в различных ее характеристиках: в имени (Свет—Луна,47); в родственных связях с героями, имеющими космическую природу («Если земля клонит, то мать в погоню гонит. Лес шумит — отец летит* 148 — космические родители — земля, небо (?)); в причастности к первоэлементам космоса — стихиям: воде, земле, огню, воздуху (ветрам)|49.

Читать далее →

Рассмотрев символику данного обряда, мы можем сказать о следующих противоположностях, вытекающих из смысловой парадигмы символов Купальского обряда.

Первой и наиболее яркой противоположностью, является огонь — вода. Эти элементы имеют сходство в значении (см. таблицу выше), но явно различаются по сопоставлению двух стихий. Центральной и самой ценной является парадигма, служащая для обозначения главного действующего лица: колесо - крест - дерево
В данной цепочке мы с уверенностью можем поставить знак равенства между «крестом» и «деревом», являющим собой идею сопоставления «верха» «низа» («неба и земли»). Верх/низ - пара полярных противоположностей, вероятно, самая важная и наиболее широко распространенная система из всех символических дуалистических систем. Верхняя зона неба настойчиво приписывается «высшим силам», богам или Богу и ангелам, в то время как земля остается сферой смертного человечества.

Читать далее →

,21 июня 2016 11:05

Целесообразным было бы заметить, что не всегда в центре Купальского обряда находилось колесо, могли быть и другие символы, о которых необходимо также сказать. Таким символом является дерево, используемое для главенствующего персонажа жителями тех мест, где широко встречаются лиственные деревья, в частности береза, также может быть использована и осина, что встречается крайне редко, однако имеет место в отдельных населенных пунктах.

Поскольку дерево корнями уходит в землю, а его ветви устремлены к небу, оно, как и сам человек, является отражением «сущности двух миров» и посредником между «верхом и низом».
Вообще дерево обожествлялось славянами всегда, варьировалось лишь название. Чаще других использовалась береза. В мифологии - это священное дерево, известное как древо чистоты, безгрешности. При помощи березовых веток изгоняли злых духов, ведьм и другую нечистую силу.
Целесообразным было бы заметить, что не всегда в центре Купальского обряда находилось колесо, могли быть и другие символы, о которых необходимо также сказать.

Читать далее →

,21 июня 2016 10:54

Центральным и наиболее значимым является образ огня.

Еще в древности люди видели в огне стихию, кажущуюся живой, родственную с небесным пламенем - огонь прогоняет нечистую силу тьмы и холода, как и молнии, разбивающие темные тучи, дарующие земле теплые и ясные дни и урожаи. Множество поверий и обрядов и до настоящего времени живут в народе и свидетельствуют о поклонении огню, как божественной стихии. Наиболее часто он символизирует домашний очаг, воодушевление и Дух Святой, который в виде языков пламени одухотворил в первую пятидесятницу апостолов. Возгорание нового огня с началом нового года в Древней Мексике являлось сакральным актом.

Читать далее →

,20 июня 2016 19:04

Особым интересом обладает применение в купальских обрядах кукол и чучел. Купальские обряды с куклой или чучелом были известны главным образом на Украине, но имелись и в других местах. Обрядовое употребление соломенного чучела или куклы является воплощением праздника и носит название Купалы.

На данном этапе мы имеем уничтожение и растерзание либо объекта растительности (дерева), либо его антропоморфного эквивалента - куклы или чучела. Уничтожение производится под песни, включающие мотивы похоронных плачей.
Сюда же относятся и похороны Костромы. Этот обряд был известен в XIX в и местами был записан только как детская игра.

Читать далее →